?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

17.12.1929. – Скончался во Франции русский поэт Владимiр Васильевич Диксон





Владимир Диксон родился в марте 1900 года в г. Сормово. Отец его, Вальтер Франк Диксон, гражданин Северо-Американских Соединенных Штатов, был заведующим паровозостроительных сормовских заводов, мать – обрусевшая полячка Людмила Ивановна Биджевская. В июне того же года семья переехала в подмосковный Подольск, где и прошли детство и юность будущего поэта. Девяти лет, поступая в Подольское реальное училище, Володя уже прекрасно владел французским, тяготел к литературе, писал стихи. В напутственном слове своим окончившим училище питомцам директор Вячеслав Николаевич Ферри отметит: "Возьмите Володю Диксона – он уже сейчас пишет вполне зрелые стихи и обещает стать незаурядным поэтом". В 1917 году Владимир Диксон был вынужден уехать из России, как оказалось – навсегда.

Что же вместили в себя эти семнадцать лет, если до самой кончины (ранней, неожиданной) чувством родины пронизано все последующее творчество поэта?! С какой любовью надо было вдохнуть в себя русское небо и русскую землю, чтобы все, что не Россия, отторгалось, отвергалось душой?!

Пускай меня Россия позабудет –
Россия – родина, Россия – мать моя:
Нет у меня и никогда не будет
Иной любви, иного бытия.



"Иной любви, иного бытия" не обрелось и у великого русского мыслителя Ивана Александровича Ильина, приговоренного в 1922 году большевистским руководством к расстрелу, а затем "помилованного" изгнанием из отечества. "Во тьме земной, в чужом краю" расслышал И. А. Ильин родной любящий голос, откликнувшись на посмертный сборник В. Диксона "Стихи и проза" в проникновенном исследовании "Россия в русской поэзии". Страдая о родине на чужбине, и поэт, и философ верили, что рано или поздно Россия услышит их. Услышит, отзовется.

"...Как отзывается русская поэзия на настоящее и будущее России? Видит ли она ее и нашу трагедию? И как мыслит она себе наше призвание? – вопрошает И. А. Ильин. – Я должен сказать, что ни у одного из современных поэтов я не находил такого глубокого и тонкого чутья этой духовной трагедии, как у скончавшегося в возрасте 29 лет Владимира Диксона. Прислушаемся к его неподдельной и беззаветной патриотической тоске:

Это вечное слово – “Россия” –
Словно ангельский свет для меня,
Словно совести зовы простые,
Словно вихри снегов и огня.
<...>
Глаз не видит и уши не слышат,
Запечатаны болью уста;
Там – Россия страдает и ищет,
Ищет Божьего Сына – Христа.

Поэт постиг до конца религиозную природу того, что совершается в России; он постиг, что русский народ в муках и унижениях, в страхах и томлении – выстрадывает себе новую веру, новое христианство, новую чистую и героическую душу; что ему нужны не лозунги политической обывательщины, а пророческие, опаляющие, богооткровенные, сразу мудрые и безумные слова. Этих слов он не ждет от Запада с его формальной, рассудочной цивилизацией, от Запада столь инородного нам, столь чужеродного для нас, не понимающего ни нас, ни наше призвание, ни нашу трагедию".

"Знаем, все народы перед лицом Божиим – по-своему хороши, и сильны, и богаты; и по-своему плохи, и слабы, и грешны, и скудны. Но душа, тоскующая по родине, не дивится чужому качеству и достоинству и не судит чужих слабостей и грехов. Она хочет одного: своей стихии, своих духовных пространств, своего родного пения, своей радости и своего страдания. И не то чтобы думать о них, изучать свою страну, приобретать сведения о ней или читать о ней полезные книги. А дышать ею... Ибо она единственная и незаменимая. Плоха ли, хороша ли – так плоха по-своему, как и я сам, последний из ее сынов; и хороша по-своему, как и я могу быть хорош только с нею, только в ней, только через нее.
<...>
...Пламенный русский патриот, он [Диксон] пишет:
Здесь намечено и размерено,
Все по правилу, по струне.
Только сердце мое потеряно
В этой вылощенной стране.
<...>
У нас не такие дороги,
Совсем иные пути: –
Вся надежда наша – в Боге,
Больше некуда нам идти.

...Тот, кто испытал такую тоску по родине, – совершил бы великую духовную ошибку, если бы мысленно свел ее к жажде русского быта и русской природы. Ибо на самом деле она гораздо глубже, чем то, что обыкновенно называют “бытом” или “природой”: быт есть только обыденный покров душевной и духовной жизни; и природа говорит совсем не только глазу, и уху, и всему телу – но больше всего душе и глубже всего духу.
<...>
<...> И всегда, искони было на Руси это измерение перед лицом Бога, и природы, и смерти, – где все отпадало, все сословности и все условности, и оставалось одно чистое братство перед лицом Божиим; и кто этого в России не испытал и не увидел, тот не знает России. А русская поэзия знает ее, знает верно и до конца!

Это наша природа научила нас молиться такими дивными православными молитвами... <...>
<...>
<...> Автор [одной из молитв] – Владимир Диксон.
За всех людей – мое моленье,
За всех зверей – моя мольба,
И за цветы, и за каменья,
И за плоды, и за хлеба.
<...>
За мыслей искупленных благость,
За утреннюю благодать,
За жизнь – кормилицу и радость,
За смерть – утешницу и мать.


Так учит нас русская поэзия – мироприятию и мироблагословению. Из какой чистоты душевной родятся такие молитвы! Из какой цельности духа и инстинкта! Из какой прощенности и примиренности – человека с природой и с Богом! Да эта чистота, и цельность, и примиренность, выношенные русской поэзией, – и есть то самое, чего не хватает современному больному, безбожному беснующемуся человечеству, разодранному человеческой гордыней и сатанинскими соблазнами".
"Поэт несомненно предвидел свою преждевременную кончину, и как же томился он о России и о возвращении в нее!»,- как чаял он
Услышать ангельское пение:
"Вернись в твой край: Христос воскрес".

Вернуться в свой край суждено было Владимиру Диксону в 2001 году – своими стихами. "Не напрасен мой путь, не случаен", – писал поэт незадолго до смерти. Глубоко верующий человек – он вернулся в Россию, очищенную страданием и освященную верой:
И вот стою пред родиной суровой,
Как грешный люд стоит пред алтарем.
"Жертву чистую, дар души" принес поэт на алтарь своей родины, утраченной в черный день и обретенной в вечности.

Так было в сказочной России:
Пушистый снег, холодный час,
О вечера мои родные,
Сегодня вспоминаю вас.

Несутся маленькие санки,
Березы белые бегут...
На молчаливом полустанке
Ищу от сумрака приют.

Под песню тонкую печурки
Для чая греется вода.
Я с памятью играю в жмурки:
Ловлю минувшие года.

Но на чужом, на незнакомом,
На непонятном языке
Поет о чем-то перед домом
Ребенок с куклою в руке: –

И сразу боль в душе проснулась,
Погас опять мгновенный свет:
Глаза и сердце обманулись –
России нет, России нет.
28 марта 1926
Hamar

+ + +
Пронзенный вечной суетой,
Я бьюсь, как раненая птица –
В своей греховности пустой, –
Ничем душа не веселится.

Как многочисленные иглы,
Грехи вонзились в плоть мою –
Ужель душа моя погибла
Во тьме земной, в чужом краю?

Ужель грехи мои столь многи,
Что неугоден я Христу,
И все пройденные дороги
Ведут в глухую пустоту?

Лукавый дух давно лукавит,
Негаданно меняя вид...
Кто ж душу слабую наставит,
Благоволеньем осенит?
Июнь 1926
Шартр

+ + +
Я живу в суматохе греховной,
Словно в черную землю зарыт: –
Надо мною глухой и неровный
Слышен ропот колес и копыт.

Зацвети, моя яблоня белая,
На мгновенье меня озари,
Чтоб забыл окаянное тело я –
Прелый дух человечьей норы.

Зацвети, первоцветная вишня,
В тихом ветре весной задрожи,
Чтоб глухому был явственно слышен
Легкий голос далекой души.

Посмотри мне в глаза, как бывало,
Полновластная в небе луна,
Чтоб забыл я пустое зерцало
Беспокойного, грубого сна.

Легкокрылый мой ангел-хранитель,
Наклонись, наклонись надо мной,
Чтоб распутались многие нити
Заплетенной тревоги земной.

В этой вечной неволе я верю: –
Из далеких неведомых мест
Белый ангел вернет мне потерю
И в могилу положенный крест.
4 марта 1926

+ + +
Молись, не смущайся, не бойся,
Туманов и гроз не страшись;
От мыслей бесчинных укройся,
Не бойся: – люби и молись.

В грехе, где так больно и низко
Раскинулись дни пустоты –
С тобою я вечно и близко,
Я ближе, чем думаешь ты.

Я вижу тоску и страданье
В твоих беспокойных глазах –
Твое устремленье, исканье,
Твой ужас, твой сумрак, твой страх.

В равнине, в пустыне безмерной,
Где свет мимолетный потух –
Я здесь – твой хранитель, твой верный,
Твой добрый, твой радостный дух.
Март 1926
Копенгаген

+ + +
Встал я в сумраке мерцающем,
Встал с протянутой рукой
Нищим старым и страдающим
У ограды храмовой.

На заре порой Пасхальною
Будет солнышко играть,
Снизойдут на жизнь печальную
Тишина и благодать.

Выйдут люди, выйдут весело,
Будут петь: – Христос воскрес.
Для меня – тоска завесила
Тайну радостных чудес.

Няня с девочкой нездешнею
На пути моем пройдут –
Ласку сердца в утро вешнее
Христа ради подадут.
17 апреля 1926

+ + +
К тому, чье сердце стонет
И чья душа болит –
Господь придет и склонит
Нерукотворный лик.

Погибшим в бездорожье,
Принявшим вольно крест –
Христос по воле Божьей
Воистину воскрес.

И всякому слепому,
И грешникам земным –
Пошлет Господь истому
Сиянием Своим.

Темна Господня Воля,
И трижды пел петух: –
Но чем печальней доля,
Тем выше в небе дух.
29 июня 1925
Мадрид

+ + +
Если глаз ведет к соблазну –
Вырви глаз, иди слепым:
Неотлучно, неотвязно
Будешь ангелом храним.

Если грех руками схвачен –
Лучше руки отсеки:
Будет поздно горьким плачем
Заливать пожар тоски.

Строй свой день превыше ночи,
В тишине небесных мест,
Где лукавый червь не точит,
Вор не крадет, гниль не ест.

Если ж ночью, при дороге,
Совращенный, упадешь –
Значит мысль была не в Боге,
Значит зрела в сердце ложь.

Но во тьме, во власти ночи,
Где ликует вечный ад –
Не забудь, что волей Отчей
Для тебя Христос распят.
17 июля 1926
Париж

+ + +
За белый снег, меня очаровавший,
Спасибо, Господи, скажу Тебе теперь.
И думаю: мой дух, в миру пропавший, –
Не постучится ль в сказочную дверь,

И не вернется ль снова в дом далекий,
Вечерний путь на снеге отыскав?
Так много выстрадал я в эти злые сроки,
Во дни тревог, и вихрей, и отрав.

За много звезд, застывших в небе темном,
Благодарю Тебя теперь, Господь: –
Подай мне сил в миру Твоем огромном
Свой ложный свет молитвой побороть

И, правдою закутавшись, как шубой,
Идти в мороз людского бытия –
Искать в ночи губительной и грубой
Родимые, нездешние края.
Март 1926
Hamar

+ + +
Сказал мне ангел: "Час твой пробил;
Перекрестись – и в путь ступай;
Христос умерший спит во гробе,
Твой свет угас, погиб твой край".

И встал я с утренней постели
И в непонятный путь пошел.
Заря вставала, птицы пели,
За плугом шел тяжелый вол.

А ветер, спутник мой дорожный,
Вдоль по оврагу шел со мной:
Он говорил о невозможном,
О жизни верной и простой.

Но был я духом опечален,
Тоска томила мысль мою,
Затем что камнем гроб завален,
Где спит Христос в моем краю.

И с мыслью темной, невеселой
Дошел я до вечерних звезд,
И в небесах пустыни голой
Увидел чудотворный крест.

Покинув тихо мир суровый,
Свернув с вечернего пути –
Мне ль суждено с весною новой
В опустошенный храм войти,

И, наклонившись в полутени,
Приняв причастие чудес,
Услышать ангельское пение:
"Вернись в твой край: Христос воскрес"?
14 марта 1926
Копенгаген

+ + +
За всех людей – мое моленье,
За всех зверей – моя мольба,
И за цветы, и за каменья,
И за плоды, и за хлеба.

За все, что в дольний мир родится,
За все, что на земле живет,
За рыбу – в море, в небе птицу,
За дым долин, за снег высот.

За братьев, близких и любимых,
За недругов и за врагов,
За тишину полей родимых,
За ласку глаз, и ласку слов.

За мыслей искупленных благость,
За утреннюю благодать,
За жизнь – кормилицу и радость,
За смерть – утешницу и мать.
Август 1926

Источник: http://www.diveevo.ru/2/0/1/2007/

Comments

( 12 comments — Leave a comment )
nngan
Dec. 16th, 2013 04:55 pm (UTC)
"С какой любовью надо было вдохнуть в себя русское небо и русскую землю, чтобы все, что не Россия, отторгалось, отвергалось душой..."
- Какое обостренное восприятие родной земли. Славный был человек. Память!
slavynka88
Dec. 16th, 2013 05:04 pm (UTC)
Аминь.
Вечная память!

Да, Вы правы. Он был более, чем кто-либо, - русским, несмотря на американское происхождение по линии отца и польское - по линии матери.
k_markarian
Dec. 16th, 2013 06:11 pm (UTC)
Как мало прожил, но с какой неподдельной любовью к Отчизне!
slavynka88
Dec. 17th, 2013 02:56 pm (UTC)
Да, к сожаленью, умер довольно-таки молодым. А в России прожил и того меньше - всего лишь 17 лет.
nesterovich1
Dec. 17th, 2013 03:17 am (UTC)
Светлый был человек. Светлые стихи.

Вечная память.
slavynka88
Dec. 17th, 2013 03:03 pm (UTC)
Аминь.
Вечная память.

Да, стихи замечательные.
asidenko
Dec. 17th, 2013 05:18 am (UTC)
Спасибо, Виктория, за рассказ о замечательном русском поэте.

Вечная память.
slavynka88
Dec. 17th, 2013 02:45 pm (UTC)
Аминь.
Вечная память.

Вам спасиБо за отклик!
ictoruljevich08
Dec. 18th, 2013 06:06 pm (UTC)
Огромнейшее спасибо, дорогая Вика.
Больше всего люблю у Диксона "Так было в сказочной России"
Просто слеза наворачивается...

slavynka88
Dec. 19th, 2013 02:44 pm (UTC)
Я тоже люблю эти стихи. Трогают до глубины души.
duchess_mary
Dec. 20th, 2013 06:51 am (UTC)
Виктория,благодарю Вас за замечательный материал!
Вы открыли для меня прекрасного и светлого поэта!..
slavynka88
Dec. 21st, 2013 05:29 pm (UTC)
Вам спасиБо, Мария!
Да, его стихи очень проникновенные.
( 12 comments — Leave a comment )

Profile

slavynka88
slavynka88

Latest Month

October 2017
S M T W T F S
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    

Tags

Powered by LiveJournal.com