slavynka88 (slavynka88) wrote,
slavynka88
slavynka88

Category:

Отрывок из рассказа Павла Северного "Гимн"

Оригинал взят у aselajn в Отрывок из рассказа Павла Северного "Гимн"
Автор- бывший колчаковский офицер (в 1919 году его семья была убита большевиками), прошедший со своей армией весь трагический путь от Урала до Забайкалья. В Шанхае он стал одним из известных писателей русского зарубежья, а в 1959 году приехал в СССР.
Многоуважаемая duchesselisa недавно писала о его романе "Ледяной смех".





Рассказ основан на реальных событиях. Сын писателя сообщает об этом так: "Однажды мой отец чудом избежал расстрела. Плененный красными, он был заперт под сценой в каморке, поскольку тюрьмы были переполнены белыми арестантами. В это время на сцене должен был состояться концерт. Молодую пианистку разнузданная толпа понуждала играть блатные песни, «Мурку». Но она, подойдя к роялю, заиграла гимн «Боже, Царя храни». В неё выстрелили, превозмогая боль, она доиграла до конца и ушла со сцены сквозь расступившуюся, притихшую толпу. Поступок этой женщины, не поступившейся своим человеческим достоинством, вдохновил мужчин, сидящих под сценой, на побег. Они спаслись, а сама история, основанная на реальных событиях, была описана отцом".

Гимн

В семнадцатом году пробираясь из Москвы, я застрял в Екатеринбурге. В сочельник меня как пианиста вызвали в областной совет и, не спросив моего согласия, объявили, что я должен вечером выступать в театре на концерте для солдат. Я наивно пробовал протестовать, но услышав резкий приказ, молча кивнул головой в знак согласия.

В этот момент в кабинет вошла молодая женщина в сопровождении солдата. Меня поразила красота ее лица. В России так много красивых женщин, но она была красива особенной красотой. В лице прекрасны были глаза. Черты лица говорили о присутствии в ней татарской крови. Я слышал ее тягучую речь: "Я играть не буду, сегодня сочельник и я хочу провести его в кругу семьи". Комиссар, несколько минут тому назад говоривший со мной, резко оборвал ее: "Вы должны понять, что мы не спрашиваем Вашего согласия, а приказываем Вам". Я, не слыша ее ответа, вышел... Стало противно от сознания своей беспомощности...

Наступил вечер. Пошел снег, и к девяти часам разыгралась метель. С трудом замерзший, я добрался до театра... Он оказался до отказа набитым солдатами и теми, кого волна революции подняла на свой гребень. В огромном зале стоял невообразимый шум, и он заставлял особенно ясно сознавать свою ничтожность среди толпы. Мое выступление было во втором отделении, я пробрался в зал и забился в угол около сцены.

Звонки... Поднялся занавес... На сцене, среди лесной декорации, стоял рояль и маленький столик, закрытый красной материей. Через минуту у стола появился оратор, встреченный залом оглушительными аплодисментами. Оратор красочно говорил о великом будущем страны революции. Когда он закончил свою речь, зал буквально сотрясался от громового ура. И вот следом за ним на сцену вышла та женщина, которую я видел утром в совете.

В черном платье, высокая, стройная, она как-то нехотя подошла к роялю. Поражала естественность и простота ее движений. Зал вновь заревел тысячами глоток, выкрикивая названия вещей, которые они, хозяева настоящего положения, хотели бы слышать. Женщина повернула свое лицо к толпе и подняла руку. Зал затих. И в каждом углу зала ясно прозвучали ее слова:

- Сейчас вы услышите то, что недавно было для вас самым дорогим.

Дикие крики восторга и аплодисменты покрыли ее слова. Она села к роялю, пробежала по клавишам левой рукой, и раздался первый аккорд. Я никогда не забуду этого аккорда, от него у меня захватило дыхание. При мертвой тишине раздался аккорд русского Императорского гимна. Она играла гимн, как может играть художник-фанатик. Толпа, пораженная, не могла придти в себя.

Гордые звуки гимна звучали, казалось, они рвали в клочья душу игравшей, колотились в каменные своды зала, молотками стучали по сознанию толпы, заползая под суконные гимнастерки, в солдатские души. В эти минуты прошлое великой страны смотрело в глаза настоящего. Период Империи, уходя в историю, отдавал салют.

И когда она, закончив гимн, снова взяла его начальный аккорд, из первых рядов грянул выстрел. Я видел, как игравшая вскочила, судорожно схватилась за грудь, покачнулась, уперлась руками в клавиши, крикнувшие испуганно бессвязными звуками. Толпа свистела и злобно орала, а раненая выпрямилась, повернувшись лицом к залу, вскинув головой, громко, вызывающе засмеялась, вновь села на стул и заиграла оборванную выстрелом мелодию. Нет слов передать, что творилось в зале театра.. Но вот она закончила гимн. Встала с искаженным от боли лицом, закрыла его руками, а когда отняла их, то на левой щеке остались кровяные отпечатки пальцев. Встала и шла твердой походкой со сцены в толпу, по доскам, положенным в зал, через оркестр, держась левой рукой за грудь, шла среди толпы, теперь притихшей и уступающей ей дорогу, узким коридором к выходу. Толпа, завороженная смелостью женщины, следовала за ней. Она вышла на улицу и ушла в белую мглу снежной метели...

На другой день я уехал из города, не хотел узнавать, что сталось с ней, я боялся услышать о ее смерти. Мне хотелось верить, что она будет жить".
Tags: Белое Движение, антибольшевизм, перепост, русская культура, русская литература, русское зарубежье
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 12 comments