Category: общество

Скупой миллионер, которого вся Москва сначала презирала, а потом за него молилась

Оригинал взят у astori_18 в Скупой миллионер, которого вся Москва сначала презирала, а потом за него молилась
Во все времена находились люди, которые своими поступками и образом жизни удивляли окружающих.


Портрет Гаврилы Солодовникова.

В XIX веке в Москве жил купец Гаврила Гаврилович Солодовников. Откровенно говоря, этого человека презирал весь город, а о его богатстве и скупости ходили легенды. Но то, что он сделал после своей смерти, вызвало шок у всей России.

Collapse )

Из воспоминаний княгини Ирины Голицыной (Татищевой)

Голицына (урожденная Татищева) Ирина Дмитриевна (1900-1983), княгиня. Родилась в Санкт-Петербурге. Отец – граф Татищев Дмитрий Николаевич (1867–1919); генерал-лейтенант, командующий Отдельным корпусом жандармов. Мать – графиня Татищева (урожденная Нарышкина) Вера Анатольевна (1874–1951).

Написаны и опубликованы нижеприведенные воспоминания княгини Голицыной в Лондоне в 1976 году. Скончалась Ирина Дмитриевна в 1983 году, похоронена рядом со своим мужем в Лондоне на кладбище Нью-Чизвик.




В ночь с 3 на 4 сентября 1923 года я была арестована и помещена в тюрьму ГПУ на Лубянке.
Дело было так. Уже заполночь раздался громкий стук в дверь с черного хода. Кто-то открыл, и вошли три или четыре сотрудника ГПУ. Даже не постучав, они вломились в нашу комнату, первую по коридору, как раз в тот момент, когда я начала раздеваться. На листочке, который один из них держал в руке, было написано мое имя. Увидав меня, они, кажется, удивились – я выглядела такой маленькой – подумали, не ошибка ли это, и стали спрашивать, сколько мне лет и нет ли в доме кого-либо другого с таким же именем. Но узнав, что мне 23 года, приказали собираться.
Тогда мне казалось, что заключение сделает из меня героиню, и я надеялась не упустить случай сказать им все, что я о них думаю. Возможность представилась мне очень скоро, во время первого допроса.
Меня спросили, как я отношусь к Советскому Союзу.
– Знать о нем ничего не желаю, пока ваше презренное правительство находится у власти, – ответила я. А на вопрос, хотела ли бы я сменить правительство, сказала, что вовсе и не считаю его правительством, а шайкой бандитов, захвативших власть.
– И что бы вы сделали с ними, будь ваша воля?
– Повесила бы многих их на ближайшем фонаре.
Collapse )

Памяти русского писателя Ивана Бунина. Цитаты из книги "Окаянные дни"

8.11.1953. – Умер в эмиграции писатель Иван Алексеевич Бунин, лауреат Нобелевской премии 1933 г.





***

Наши дети, внуки не будут в состоянии даже представить себе ту Россию, в которой мы когда-то (то есть вчера) жили, которую мы не ценили, не понимали, - всю эту мощь, сложность, богатство, счастье...

***

Как они оди­на­ковы, все эти рево­лю­ции! Во время фран­цуз­ской рево­лю­ции тоже сразу была соз­дана целая без­дна новых адми­нис­тра­тив­ных учреж­де­ний, хлы­нул целый потоп дек­ре­тов, цир­ку­ля­ров, чис­ло комис­са­ров — неп­ре­мен­но почему-то комис­са­ров — и вооб­ще вся­чес­ких влас­тей стало нес­мет­но, коми­теты, союзы, пар­тии рос­ли, как грибы, и все «пожи­рали друг друга», обра­зо­вал­ся сов­сем новый, осо­бый язык, «сплошь сос­то­я­щий из высо­ко­пар­ней­ших вос­кли­ца­ний впе­ре­меш­ку с самой пло­щад­ной бранью по адресу гряз­ных остат­ков изды­ха­ю­щей тира­нии…» Все это пов­то­ря­ет­ся потому преж­де всего, что одна из самых отли­чи­тель­ных черт рево­лю­ций — беше­ная жаж­да игры, лице­дей­ства, позы, бала­гана. В чело­веке про­сы­па­ет­ся обезь­яна.


***

Ах, эти сны про смерть! Какое гро­мад­ное мес­то зани­мает смерть в нашем и без того кро­хот­ном сущес­тво­ва­нии! А про эти годы и гово­рить нечего: день и ночь живем в оргии смер­ти. И все во имя «свет­лого буду­щего», кото­рое буд­то бы дол­жно родить­ся имен­но из этого дья­воль­ского мрака. И обра­зо­вал­ся на зем­ле уже целый легион спе­ци­а­лис­тов, под­ряд­чи­ков по устро­е­нию чело­ве­чес­кого бла­го­по­лу­чия. «А в каком же году нас­ту­пит оно, это буду­щее?» — как спра­ши­вает зво­нарь у Ибсена. Всег­да гово­рят, что вот-вот: «Это будет пос­лед­ний и реши­тель­ный бой!» — Веч­ная сказ­ка про крас­ного быч­ка.

«Боже мой, в какой век пове­лел Ты родить­ся мне!»


Collapse )

Вечная память...

Ушел из жизни мой старый друг по блогосфере, единомышленник Николай Николаевич Ганыкин  (в ЖЖ - nngan, в Фейсбуке - Nick Аrefa), искренний православный христианин, убежденный монархист, непримиримый Белый воин, и просто замечательный, прекрасный, честный и  благородный Человек, Человек с большой буквы... Упокой, Господи, душу новопреставленного раба Твоего Николая... Николай, как Вас будет не хватать...


Игорь Тальков. Православный воин на стыке эпох

Ровно 25 лет назад, 6 октября 1991 года, в Санкт-Петербурге, во дворце спорта "Юбилейный" прозвучал роковой выстрел. Выстрел, который оборвал жизнь певца, поэта, композитора Игоря Талькова на самом пике его популярности. Вечная ему память!





Восьмой десяток лет омывают не дожди
твой крест,
То слезы льют твои великие сыны
с небес, с небес…
Они взирают с облаков, как ты под игом дураков
клонишься,
То запиваешь и грустишь, то голодаешь и молчишь,
то молишься.
Родина моя скорбна и нема…
Родина моя, ты сошла с ума!

И. Тальков. Родина моя

Игорь Владимирович Тальков (4.11.1956–6.10.1991) — русский певец, музыкант, автор песен, поэт и актер. Мама Игоря Ольга Юльевна — дочь «врага народа», его отец Владимир Максимович Тальков — русский дворянин, офицер. Родителей Игоря судьба свела в ГУЛАГе. После амнистии они поселились за 201 километр от Москвы в маленьком городке Щёкино Тульской области, где в 1956 году и родился Игорь.

Игорь Тальков вошел в историю России своими проникающими в душу патриотическими песнями, пользовавшимися в годы «перестройки» огромной популярностью, из которых наиболее символична – «Россия».

Даже мертвый, Игорь по-прежнему страшен врагам России. В современной России его имя замалчивается, как замалчивалось при его жизни. По Центральному телевидению Талькова не показывают. На радиоканалах услышать песни Игоря — редкость, да и то только лирические, которые, тем не менее, так же трогают душу, как и его социально-патриотические вещи.

Collapse )

Произошло убийство

Правнук крестьянина, расстрелянного в 1938 году, требует от ФСБ выдать его тело и назвать имена палачей.




Семья Карагодиных, Томск, 1937 г.


Крестьянин-хлебороб Степан Иванович Карагодин родился в 1881 году в селе Дровосечное Орловской губернии. В начале XX века его семья перебралась на Дальний Восток, в поселок Волковский под Благовещенск. Благодаря усердному труду Степан Иванович создал крепкое хозяйство и числился в Волково кулаком. Избирался атаманом и председателем сельсовета. В августе 1918 года принял участие в крестьянском съезде, организованном «Союзом хлеборобов». Съезд осудил деятельность комиссаров Совнаркома, отказался поддержать мобилизацию крестьян в Красную Армию, призвал к формированию сил крестьянской самообороны и, выступив на стороне Временного правительства, штурмом сводных крестьянских вооруженных отрядов выбил большевиков из Благовещенска.

​​В 1921-м Степан Карагодин был арестован и обвинен в создании кулацко-белогвардейской организации. Провел в заключении 3 месяца. В 1928 году был вновь арестован (в том числе и за то, что будучи председателем сельсовета, не раскулачивал односельчан), осужден по ст. 58-14 УК РСФСР (контрреволюционный саботаж) и приговорен к высылке в Сибирь на 3 года. Ссылку отбыл в Нарымском крае. После ссылки перебрался в Томск, где в ночь на 1 декабря 1937 года был арестован сотрудниками Томского ГО НКВД, осужден Особым Совещанием как организатор шпионской-диверсионной группы «харбинцев и высланных из ДВК» и резидент японской военной разведки и приговорен к расстрелу. Приговор был приведен в исполнение 21 января 1938 года.

Collapse )

О «советской жизни» и «советских людях»

Публикуем отрывок из мемуаров бывшего лейтенанта Российского Императорского флота Бориса Бьёркелунда, который в 1945-1955 годах провел 10 лет в советских лагерях.





Мое пребывание на различных лагпунктах имело характер «гастролирования», что объясняется относительно короткими сроками пребывания на них и отсутствием в моей жизни контакта с массой, населяющей эти лагпункты… Только на 043-м я понял, как нужно жить и действовать в лагере, чтобы создать себе сносное существование, не дать себя затоптать и не погибнуть где-нибудь в лагерной больнице.

Мне потребовалось пройти через 4 следствия и провести 3 года в различных следственных тюрьмах, чтобы понять методы работы советской политической юстиции. У читающего эти строки может создаться невыгодное представление о моей сообразительности, но мне кажется, что здесь легко найти оправдывающие меня обстоятельства. Надо помнить, что советская политическая юстиция осуществляла закон на основании народной поговорки, гласящей: «Закон, что дышло – куда повернул, туда и вышло», и многие, очень многие, пробыв в заключении дольше меня, и даже в несколько раз, решительно ничего не поняли и не усвоили. Трудность при усвоении этого понимания объясняется, между прочим, разностью значения, вкладываемого в одни и те же слова.


Collapse )